В суде Центрального района Минска 11 сентября на 16.00 было назначено рассмотрение дела экс-политзаключенной певицы Мерием Герасименко — ей собирались заменить «домашнюю химию» на другой вид наказания. Вот только сама Мерием с января 2024 года находится за границей. Почему ее судили заочно и какой могли дать приговор? «Зеркало» спросило у юристки правозащитного центра «Вясна» Светланы Головневой.
Мерием Герасименко задержали в августе 2022 года после концерта в минском баре «Банки-бутылки», на котором девушка исполнила песню группы «Океан Эльзи» «Обійми». Певицу сначала дважды осудили на 15 суток по административной статье, а затем задержали в рамках уголовного дела по ст. 342 УК (Активное участие в групповых действиях, грубо нарушающих общественный порядок). В январе 2023-го ее приговорили к трем годам «домашней химии», а через год, в январе 2024-го Герасименко смогла покинуть Беларусь.
Информация о том, что Мерием хотят заменить форму наказания, появилась в расписании заседаний Верховного суда. Суд должен был начаться сегодня в 16.00. О его результатах в публичном доступе информации нет. Юристка правозащитного центра «Вясна» Светлана Головнева предполагает, что неотбытую «домашнюю химию» певице, скорее всего, заменят на срок в колонии.
«Есть понятие злостного уклонения от отбывания наказания»
Ужесточение наказания для осужденных на «химию» политзаключенных — нередкое явление, говорит Светлана Головнева. Только с июня правозащитники «Вясны» зафиксировали 15 таких случаев. Большинство из этих людей находятся в Беларуси. Но есть несколько примеров, когда суд проходил так же, как и в случае с Герасименко.
— Публичные случаи — это Виталий и Елизавета Принеслик, — говорит юристка. — Они после вынесения приговора уехали из Беларуси, и потом им решили изменить форму наказания. Суд прошел еще 21 августа, но информации о приговоре у нас нет.
Что касается самой замены наказания, то достаточно трех взысканий, чтобы человеку с «домашней химии» грозил перевод в колонию, говорит Головнева.
— Тех, кто находится на «домашней химии», постоянно контролируют и часто могут найти примеры нарушений. После трех взысканий выносится письменное предупреждение. Если потом будет еще одно, подаются документы в суд, чтобы перевести человека в колонию.
В отношении уехавших из Беларуси действует немного другой механизм.
— Есть понятие злостного уклонения от отбывания наказания в виде ограничения свободы. То есть если человек скрылся, уехал из страны. И в таком случае ему также могут изменить наказание, — объясняет юристка.
При этом, поясняет Светлана, суд может рассматривать такое дело заочно, но это не будет специальное производство. Новое уголовное дело не заводят, следствие не проводят — основанием для суда без осужденного будет то, что он находится в розыске. А приговор зависит от неотбытой части срока.
— Время в колонии рассчитывается так: один день лишения свободы равен двум дням ограничения, — рассказывает Головнева. — В случае с Мерием, так как в январе 2023-го ее приговорили к трем годам ограничения свободы, а уехала она в январе 2024-го, будут учитывать оставшиеся два года. Значит, «химию» могут заменить на год в колонии.
Что касается срока давности исполнения наказания, то и тут есть нюансы.
— Сам срок, когда могут осуществить решение суда, зависит от приговора. Если это не лишение свободы, то срок исполнения наказания — один год. Если лишение свободы до двух лет, наказать человека могут также в течение двух лет, а в случае лишения свободы на срок свыше пяти лет — в течение тех же пяти лет, — перечисляет Светлана. — А если Мерием не приедет в Беларусь, то на ней сегодняшний суд никак не отразится. Но и срок давности начнут считать только с момента, когда она вернется.
Читайте также
