8 января житель Тегерана Реза возвращался домой с акции протеста. Он шел, обнимая и поддерживая свою жену Мариам — и вдруг почувствовал, что руке стало легко. В руке осталась только куртка, а Мариам упала, смертельно раненная неизвестно откуда прилетевшей пулей. Персидская служба Би-би-си поговорила с родственником этой пары, имена которых изменены из соображений безопасности.
Это перевод материала корреспондентов Би-би-си. Оригинал на английском языке можно прочитать здесь.
Реза нес тело Марим полтора часа. Обессилев, он присел в переулке. Открылась дверь одного из домов. Люди, жившие там, впустили в свой гараж, принесли белую простыню и завернули в нее тело женщины.
За несколько дней до этого Мариам говорила с детьми — им семь и 14 лет — о том, что происходит в их стране. «Иногда родители идут на протесты и не возвращаются, — сказала тогда она. — Моя и ваша кровь ничуть не ценнее крови любого другого человека».
Мариам — одна из тысяч протестующих, которые должны были вернуться домой, но так и не вернулись, потому что власти Ирана ответили на стремительное распространение протестов их жестким подавлением.
По информации правозащитников из американского агентства Human Rights Activist News Agency (HRANA), подтверждена гибель уже 2400 протестующих, в том числе 12 детей.
Определить точное число погибших крайне сложно, поскольку власти страны отключили интернет в прошлый четверг вечером — ожидается, что в ближайшие дни это число вырастет.
Доступа в страну нет ни у правозащитников, ни у международных новостных агентств, и Би-би-си тоже не может вести репортажи с места событий.
Иранские власти не предоставили официальных данных о числе погибших, однако местные СМИ сообщили о гибели 100 сотрудников сил безопасности и о том, что протестующие, которых власти называют «бунтовщиками и террористами», подожгли десятки мечетей и банков в различных городах.
Демонстрации начались 28 декабря в столице Ирана, Тегеране, после резкого падения курса иранской валюты по отношению к доллару. По мере того как протесты охватили десятки других городов и населенных пунктов, они переросли в выступления против руководящего духовенства Ирана.
Силы безопасности начали жестко подавлять протесты. По информации правозащитников, к 7 января были убиты как минимум 34 протестующих. Однако, по всей видимости, самые кровавые события происходили в прошлый четверг и пятницу, когда тысячи людей вышли на улицы по всей стране, требуя прекращения правления верховного лидера аятоллы Али Хаменеи.
Персидская служба Би-би-си получила десятки свидетельств из Ирана. Несмотря на возможные для них последствия, очевидцы заявили, что считают своим долгом донести до остального мира информацию о насилии в отношении протестующих.
«Наш район пахнет кровью, — рассказал Персидской службе Би-би-си один из них. — Они убили очень многих».
Другой очевидец рассказал, что силы безопасности «в основном стреляли в голову и в лицо» протестующим.
Протесты распространились на все провинции страны, которых в Иране 31. И поступающая по крупицам информация ясно показывает, что масштабы убийств в небольших населенных пунктах столь же серьезны, как и в крупных городах.
В Тонекабоне — городе с населением около 50 000 человек на севере страны — в пятницу был убит 18-летний студент Сорена Голгун. По словам родственника, он был «застрелен в сердце», когда пытался убежать из засады, устроенной силами безопасности.
Среди убитых много молодых людей. Среди них — 23-летняя студентка факультета дизайна одежды Робина Аминиан, мечтавшая учиться в Милане. В четверг ее застрелили в Тегеране.
Ее мать шесть часов добиралась из Керманшаха, города на западе страны, чтобы забрать в Тегеране тело дочери. Она держала ее на руках всю обратную дорогу. По прибытии силы безопасности заставили ее похоронить Робину на отдаленном кладбище за пределами города и запретили присутствовать на похоронах другим родственникам девушки и ее друзьям.
Не все погибшие были протестующими. Навид Салехи, 24-летний медбрат из Керманшаха, был застрелен несколькими выстрелами в четверг, когда выходил с работы.
Тела многих протестующих были доставлены в судебно-медицинский центр Кахризак в Тегеране.
Сахананд (он не стал называть свое настоящее имя) проехал около 1000 километров, чтобы поймать в приграничных районах интернет-соединение из соседних стран и прислать видеозаписи журналистам. По его словам, в субботу он видел около 2000 тел, лежащих на земле.
Би-би-си не имеет возможности это подтвердить, однако на двух недавно появившихся видеозаписях из Кахризака журналисты отдела фактчекинга Би-би-си BBC Verify и Персидской службы Би-би-си насчитали как минимум 186 тел на одном видео и не менее 178 тел на другом. Эти два видео, вероятно, частично показывают одни и те же тела, поэтому нельзя назвать точную цифру, но реальное число погибших, скорее всего, значительно выше.
Одна молодая женщина, говорившая с Персидской службой Би-би-си на условиях анонимности, назвала события прошлой недели войной. И хотя, по ее словам, протестующие оставались «более сплоченными, чем когда-либо прежде», для нее все это оказалось слишком тяжело, и на этой неделе она покинула страну — как и многие другие, боящиеся, что власти могут начать новую волну казней и судебных преследований.
«Мне очень страшно за тех, кто все еще находится в Иране», — добавила она.
Материал подготовлен при участии Фарзада Сейфикерана и Хасана Солхджу.