С лета 2025 года среди политзаключенных и их родственников в Беларуси начала распространяться практика так называемых благотворительных взносов государственным организациям, которые предлагается делать перед судом или на стадии задержания — с надеждой на смягчение приговора или прекращение уголовного преследования. Факты таких переводов действительно приобщают к материалам дел как смягчающие обстоятельства, однако неизвестно, имеют ли они реальное влияние на назначение наказания. По свидетельствам фигуранта «дела Гаюна», тем узникам, от имени которых родственники делали «благотворительные переводы», назначали как «домашнюю химию», так и лишение свободы. Помимо этого, известен случай, когда задержанному предложили выплатить несколько тысяч долларов взамен на освобождение. Юристка «Вясны» Виктория Руденкова рассказывает, какие права человека нарушает принуждение к «благотворительным взносам» и почему это можно считать одной из экономических форм политических репрессий в Беларуси.
«Я не знаю, повлияло ли это на мое дело. Скорее, нет»
С лета 2025 года родственники политзаключенных начали активно делать «благотворительные взносы» государственным организациям. Для этого еще до суда нужно выбрать организацию и от имени узника перевести деньги на ее счет. На суде факт перевода, а во многих случаях — вместе с чистосердечным раскаянием, засчитывают как «смягчающие обстоятельства».
Сначала просьбы заняться благотворительностью от политзаключенных начали доходить в письмах, потом — через адвокатов. Теперь же это набрало массовый характер, так как дает людям надежду на смягчение приговора. Раньше в основном это делали родственники фигурантов «дела Гаюна», но позже этим заинтересовались и родные задержанных по другим уголовным статьям.
Но, как отметил фигурант «дела Гаюна», семья которого также делала «благотворительный взнос», приговор с такими «смягчающими обстоятельствами» — лотерея. Ему самому назначили «домашнюю химию», но он знает случаи, когда при подобных обстоятельствах назначали лишение свободы:
«Никто из органов мне не предложил делать перевод. Просто в какой-то момент среди арестованных начала ходить информация, как я понимаю, через адвокатов, что лучше заплатить перед судом и приобщить оплату на суде. Якобы кому-то это негласно подтверждали следователи. Но открыто об этом не просили. Однако среди арестантов эта информация циркулировала.
Пока я сидел, моя семья сделала две выплаты: первая — в медицинское учреждение, а вторая — в социальную организацию. Выбор исходил из той информации, которая ходила на уровне слухов. Но это был добровольный вклад в благотворительные организации.
Я не знаю, повлияло ли это на мое дело. Скорее, нет. Потому что я знаю истории людей, которые тоже делали подобные взносы, но их осудили на реальный срок. Поэтому вряд ли это было ключевым аспектом».
Помимо этого, бывшему политзаключенному известен недавний случай, когда после задержания человека якобы за финансирование ВСУ ему было предложено сделать благотворительный перевод на счет Жировичского монастыря. После перевода денег человека отпустили на свободу без возбуждения уголовного дела.
«Дали бумагу с номером счета и несколько дней на оплату»
Правозащитникам «Вясны» известен случай, когда задержанного по «делу Гаюна» заставили сделать «благотворительный взнос», чтобы он смог выйти на свободу без уголовного дела. За одно сообщение в бот «Гаюна» ему предложили перевести несколько тысяч долларов в «Республиканский центр организации медицинского реагирования».
«Ему сказали: „Если сам не придешь завтра, мы за тобой приедем“. Там сказали кратко: „Будешь отказываться — поедешь [в СИЗО] сразу“. Далее дали бумагу с номером счета и несколько дней на оплату, а если не принесешь, то со всеми вытекающими будет. Он оплатил. Никаких бумаг по итогу не дали, только устное согласие: когда оплачивает — они о нем забывают», — рассказал «Вясне» источник, знакомый с ситуацией задержанного.
После перевода денег мужчина находится на свободе.
«Глядя на то, что слышно о случаях гаюновцев, „благотворительность“ не имеет никакого влияния на приговор»
О принуждении к «благотворительному переводу» правозащитникам рассказал еще один источник, знакомый которого был осужден в 2025 году за комментарии. Согласно источнику, человека заставили переводить деньги дважды:
«При задержании ГУБОПиК заставил положить значительную часть наличных денег на счет государственного учреждения „Республиканский центр организации медицинского реагирования“. Остальная часть денег исчезла. Протокола задержания нет. Официальное письмо об отказе в возбуждении уголовного дела приходило.
После задержания, уже при рассмотрении уголовного дела, еще один взнос предложил сделать Следственный комитет через адвоката. Человек в СИЗО, домой никого не отпускают — это очень редкое явление. Сейчас всем политическим „органы“ доводят до родственников, чтобы делали эти взносы. Суд может признать это смягчающими обстоятельствами, но обязанности такой не имеет. Нам повезло — признали. Было также признано смягчающим признание вины. Но срок наказания все равно был 5/6 от максимального. Глядя на то, что слышно о случаях гаюновцев, „благотворительность“ не имеет никакого влияния на приговор. Деньги предлагалось направить на счет государственной организации по своему выбору родственникам подозреваемого от его имени, потом принести квитанцию о переводе денег следователю или адвокату на суд».
«Такие платежи выполняют функции дополнительного давления»
Юристка «Вясны» Виктория Руденкова проанализировала ситуацию с «благотворительными взносами», к которым задержанных в некоторых случаях принуждают правоохранительные органы, и дала этому юридическую оценку.
«Так называемые благотворительные взносы на сегодняшний день являются одной из наиболее распространенных экономических форм политических репрессий в Беларуси. Сначала этот механизм был отработан на делах, связанных с донатами, но сегодня он, как видим, используется и за другие нежелательные для властей действия, которые являются формой выражения мнения: и за „оскорбительные“ комментарии, и за отправку информации о военной технике на территории Беларуси. Такие платежи выполняют функции дополнительного давления (да еще и на всю семью человека) и фактического обогащения государства за счет жертв репрессий.
Эта практика нарушает очень широкий спектр прав человека (право собственности, свободу выражения мнения, право на справедливый суд и др.) и одновременно не имеет никаких законных оснований в беларусском законодательстве, несмотря на то что силовые органы цинично пытаются прикрываться юридической риторикой.
Прежде всего с юридической точки зрения так называемые благотворительные взносы не всегда являются благотворительностью по своей сути, так как: а) в одних случаях они сделаны недобровольно, а за „отказ в возбуждении уголовного дела“; б) в других случаях — с надеждой, что таким образом политический приговор может быть менее жестким, что несовместимо с принципами правовой определенности и предсказуемости уголовного законодательства.
Именно потому что „благотворительные взносы“ не являются ими по своей сути, они должны быть признаны судом недействительными с последующим возвратом средств человеку. Вот как это выглядит по закону:
Пожертвование осуществляется в рамках гражданско-правового договора (ч. 1 ст. 553 ГК: пожертвованием признается дарение вещи или права в общеполезных целях), суть которого заключается в том, что человек добровольно и безвозмездно передает имущество (в том числе деньги) на общественно полезные цели (ч. 1 ст. 543 ГК). Такая передача не может сопровождаться условиями, обменами или зависеть от получения какой-либо пользы, тем более личной свободы, смягчения приговора или отказа от уголовного преследования (здесь мы имеем дело со ст. 426 УК — Превышение власти или служебных полномочий).
На практике же мы имеем „благотворительные“ взносы, которые делаются под принуждением, угрозами или в ситуации крайней уязвимости. С точки зрения гражданского права такие платежи являются соглашениями, совершенными без свободного волеизъявления, а значит — недействительными (ч. 1 ст. 108 ГК). Соответственно, согласно Гражданскому кодексу, они могут и должны быть признаны судом недействительными с последующим возвратом денежных средств человеку, с которого они были незаконно взысканы».
Что за организация, на счет которой силовики предлагают делать взносы?
По информации «Вясны», силовики в некоторых случаях предлагают переводить деньги «Республиканскому центру организации медицинского реагирования». С 2021 года главой государственного учреждения является Дмитрий Альховик. До этого он работал в должности руководителя военно-медицинского управления Министерства обороны Республики Беларусь.
Согласно информации на сайте центра, учреждение принимает на свой счет безвозмездную помощь, в том числе от европейских стран и частных лиц из-за рубежа (по состоянию на 2025 год).