«Дорогие мама и папа. У меня все стабильно. Мысленно я с вами и буду с вами за праздничным столом. Обнимаю», — писал Андрей Почобут родителям из колонии перед Рождеством. «Он уверяет, что у него все хорошо, мы — что у нас со здоровьем порядок. Мы немного обманываем друг друга. Но делаем это из любви», — говорит отец политзаключенного Станислав Почобут. Он рассказал изданию WP. Wiadomosci о жизни семьи и переписке с сыном в надежде на его освобождение.
Отец политзаключенного журналиста Андрея Почобута, Станислав Почобут, признается, что их семья живет в состоянии постоянного напряжения и ожидания. Каждый новый слух об освобождении узников в Беларуси сначала возвращает надежду, а затем приносит новое разочарование.
В декабре, когда стало известно, что беларусские власти освободили более ста политзаключенных, родители Андрея надеялись увидеть его имя в списке. Однако этого не произошло.
Они сейчас живут вдвоем довольно замкнуто, почти не выходят из дома и каждый день ждут новостей от сына.
«Нам трудно смириться с тем, что мы не можем помочь нашему сыну. Мы бессильны. Иногда я думаю о том, что, когда Андрей был маленьким мальчиком, мы, родители, могли о нем заботиться. А что мы можем сделать для него сейчас? Ничего», — говорит Почобут-старший.
Он скептически относится к заявлениям политиков, в том числе из США, о «непрекращающихся усилиях» по освобождению политзаключенного: по его словам, это скорее медийный шум, который не приносит реальных результатов.
«Американская сторона не предпринимает серьезных усилий для освобождения Андрея. Он для них ничего не значит. Есть большая политика и маленький человек», — считает Станислав Почобут, добавив, что «в настоящее время нет никого, кого можно было бы обменять на Андрея».
Родители также не верят сообщениям о том, что Андрею Почобуту якобы предлагали написать прошение о помиловании на имя Лукашенко. По их мнению, даже если бы такое предложение появилось, он бы от него отказался.
«Мы, как родители, не верим, что Андрей получил какое-либо предложение от Лукашенко. Если бы оно и появилось, наш сын все равно бы его не принял. Он не предал бы свои идеалы», — утверждает отец политзаключенного.
О состоянии здоровья Почобута известно немного: он перенес операцию по удалению кожных язв, у него есть проблемы с сердцем и давлением. Сейчас Андрей снова находится в изоляции, в одиночной камере — «это маленькая тюрьма внутри тюрьмы».
«Мы знаем только то, что нам передают. Морально он в хорошей форме. В этом плане он несгибаем. А вот как он чувствует себя физически — неизвестно. Мы даже не знаем, получает ли он нужные лекарства», — говорит Почобут-старший.
Последнее письмо от Андрея пришло родителям 23 декабря, накануне католического Рождества. В нем он пишет:
«Дорогие мама и папа. У меня все стабильно. Настроение хорошее, я постепенно начинаю чувствовать предрождественскую атмосферу. Все благодаря радио. Конечно, это не та станция, которая сейчас без остановки крутит западные рождественские песни. Помню, как в прошлом году [на Рождество] закрыл глаза и на мгновение подумал, что нахожусь в польском магазине, где тоже играет рождественская музыка. Беларусское же радио, наоборот, пропитано советской ностальгией. <…> Жаль, что здесь запрещены иностранные языки. Я бы подтянул свой английский, но сейчас читаю стихи. <…> Пятница была выходным днем, а суббота — рабочим, поэтому я решил отправить вам это письмо в среду. С нетерпением жду вашего ответа. Надеюсь, ваши праздники пройдут спокойно. Мои мысли с вами, и я буду с вами за праздничным столом. Обнимаю. С любовью, Андрей».
Станислав Почобут признается, что между ними и сыном существует негласный договор — не говорить друг другу всей правды:
«Мы пишем ему, что у нас все хорошо и что мы здоровы. Он пишет то же самое. Немного мы обманываем друг друга, но делаем это из любви. Мы не хотим его тревожить, а он — нас».
Сам Почобут-старший тоже тяжело болен — он теряет зрение, страдает от диабета и проблем с ногами: «Я держусь благодаря жене. Она утром и вечером закапывает мне глаза, следит, чтобы я принимал таблетки. Хоть бы и хотел — не отверчусь».
Также он признается, что каждый день ходит по маленькой квартире, делая по десять тысяч шагов, чтобы справиться с тревогой: «Я чувствую себя как животное в клетке».
На вопрос, чего он желает сыну в новом году, Станислав Почобут ответил:
«Жена говорит — только свободы. Я желаю Андрею свободы, здоровья и чтобы он остался таким же благородным и гордым человеком».
А для себя он просит лишь об одном: «Я хочу как можно дольше видеть. Чтобы успеть увидеть Андрея, прежде чем совсем потеряю зрение».
